К первой странице

Архив публикаций

Эти платья долго жили в ее воображении и лишь несколько часов наяву. Они были сотканы из цветов и трав, хранивших терпкий дух оранжереи, только что с трейлера, из Голландии. Были и сплыли.

Три года назад жена питерского мэра Людмила Нарусова предложила устроить показ высокой моды в честь пуска фонтанов Петродворца. Именно тогда Ларисе привиделись фрейлины в париках и кринолинах из живых цветов, чинно спускающиеся по лестнице у Большого Каскада.

На фрейлин элементарно не нашлось денег, чему Лариса, стойкая к превратностям судьбы, не удивилась: какой чудак-меценат соблазнится «одноразовой» коллекцией! А через год позвонил известный мастер Владимир Бермяков: в Манеже открывают выставку «Флорэкс-95» и у организаторов есть деньги на цветочные платья!

Первый парик сооружали не меньше часа. За это время Лариса успела осознать: с такой охапкой растительности на голове можно статично позировать, но двигаться опасно. К следующему показу она придумала каркас из тонких стальных прутиков, к которому крепились цветы.

А в Манеже фрейлин заменили Карменситы. Самым эффектным было платье из красного бархата и роз четырех сортов - в одной гамме, но разной формы и оттенков. Особенно много хлопот доставила «Мадам Дельбар»: помощники Бермякова выворачивали лепестки, обнажая ярко-алую сердцевину. Роз было, наверное, двести, лепестков - гораздо больше...

Зал неровно дышал, «Кармен-сюиту» вытеснили аккорды Вивальди, и платья прекрасных испанок превратились в «беседки», увитые белыми гипсофилами и плющом. Зал требовал: «Еще!»

Бермяков применил старинную технику: цветок срезают под головку, к срезу прикладывают комочек мокрой ваты и протыкают проволочкой для крепления к платью, обернутой в зеленую вощеную ленту. В отсутствие стебля испарение уменьшается, цветы удерживают влагу - шоу удалось повторить в тот же день.

Над первой состоявшейся фрейлиной Лариса колдовала с молодой коллегой Бермякова Наташей Федоровой.

Чуткая к замыслу модельера, Наташа сделала парик из золотисто-серого луизианского мха, весь в ракушках, жемчугах, лентах, перламутровых бусах. Фрейлины в одеяниях из белых роз и лилий явились на Пасху прошлой весной. И так естественно вписались в интерьеры петербургских дворцов, словно и не исчезали. В Центре ЮНЕСКО (бывший особняк Кельха) они гуляли без подиума перед взорами участниц Международного конгресса деловых женщин. Железные леди сначала ничего не поняли, лишь уловили тонкий аромат, затем с восторгом обнаружили, что упавший цветок - живой...

С тех пор Лариса узнала много латинских названий, но так и не стала ботаником. Вот она описывает флористу предмет своих вожделений, твердо веря в разнообразие растительного мира. И не ошибается - искомый цветок существует! Или вместе они листают каталог, пока Лариса не воскликнет: «Какое чудо! Ведь это можно заказать?!»

Так она придумала Коломбину. Никого, кроме «рыженькой» - манекенщицы Лены Загорской, - в этом образе не представляла. «Рыженькая» пробовалась на роль фрейлины, но серебристо-зеленый наряд абсолютно не шел к ее веснушкам. И уже в канун шоу Лариса сочинила для нее карнавальный костюм, графичный, в контрастных тонах, как у Бакста. Но для начала изобрела прическу: рогатый каркас, пронзенный стеблем... Чьим? Единственный цветок для единственной модели: желтая калла с черной сердцевиной.

Изыск пришлось выписывать из Голландии. Кстати, каждое шоу Погорецкой - это около 50 наименований цветов и трав, у нас столько не выращивают. И даже в поставках «страны тюльпанов» большой процент составляет реэкспорт: зелень из Коста-Рики, розы из Эквадора и Колумбии, израильские тубероза...

Для современных девчонок залезть в корсеты и кринолины - счастье. Хотя впечатление ажурной легкости конструкций обманчиво. «Строительство» костюма, включая прическу и макияж, растягивается на часы. Длина нижнего обруча юбки - до 5 метров, жди, пока ее залепят гирляндами. Не легка и цветочная шапка. Но чего не вытерпишь ради кратких шоу-мгновений.

Вся надежда на след в истории костюма у Ларисы связана с мужем: Толя Висинбаев - прекрасный художник-фотограф, тонкий дизайнер. Но, чтобы отснять каждую модель, минимум полчаса требуется, а поди, останови мгновенье после шоу, когда публика рвет кулису, журналисты донимают и манекенщицам невмоготу сидеть в клумбах.

Остаются еще воспоминания - сухоцветы в мастерской, парик из луизианского мха с прелестной головки первой фрейлины.

| наверх |

Аркадий СОСНОВ

P.S. Лариса просила отметить и других соавторов ее шоу: лучших в городе парикмахеров Галю Гребень и Наташу Кондратьеву, флористов Наташу Серебрянникову, Лизу Конделеву, Вику Иванову, Ларису Решетову, Ольгу Большегородскую, Аллу Соколову - «может, поэтому что-то у нас и получилось».